Начало здесь: http://gonduras.net/index.php?a=1219
На следующий день Артур взял напрокат у друга машину, и они отправились на поиски жертвы.
Был разработан план, подлый, мерзкий, но он должен был сработать. Итак, они отправились в самый неблагополучный район города, поздно вечером (тетя по-прежнему лежала на кровати, то и дело требуя Настю к себе, наставляя ее на путь истинный во всем, что касается мужчин, выпытывая подробности ее отношений с Артуром, много и с удовольствием говоря о себе, каким успехом пользовалась, какой популярностью). Медленно ехали вдоль тротуара, затем свернули во дворы, пристально вглядываюсь во тьму, звенящую детскими голосами. В этом районе никто не беспокоился о том, во сколько дети приходят домой и приходят ли туда вообще. Дети эти пользовались, сбивались в маленькие злобные стайки, учились пить и курить, играть в карты, воровать по мелочи, так и вырастали. Затем во главе стайки становился кто-то повзрослее, так и появлялись будущие воры, убийцы, насильники. Историй о становлении на путь истинный тут не слыхивали.
Во главе одной из этих компаний стоял Лысый, еще молодой, но уже сильно трепанный жизнью мужчина 32 лет, пара ходок, по мелочи… но на этом держался его авторитет у компании подростков, которые слушались его во всем. Он еще не вовлек их ни в какой криминал, но уже планировал пару дел, в одном особенно сгодился бы младшенький, Ильюшка, из-за своей худобы и мелкого росточка. Поэтому Лысый не гнал его, когда тот прибегал в подвал греться, даже немного подкармливал. Хотя в 8 лет пацан должен учиться в школе, рисовать солдатиков и решать несложные примеры, а не сидеть среди отморозков, у которых что ни слово, то мат, курящих-пьющих, уже начинающих лапать девочек, но позаботиться о Ильюшкином детстве было некому, родители были заняты соревнованием – кто раньше подохнет от цирроза печени, оба показывали хороший результат, уже были близки к идеалу. А в подвале его хотя бы не били.
Сегодня от нечего делать трое старших подростков резались с Лысым в «подкидного», Ильюшка, не спеша домой, с восхищением за ними следил, когда возле них тормознула шикарная синяя иномарка с тонированными стеклами. Оттуда выскочила молодая девушка и со слезами на глазах кинулась к мальчику.
- Лешенька, - запричитала она, - Леша, боже мой, как ты нас напугал! Леша, зачем ты ушел от мамы с папой? Что с тобой случилось, сладкий, расскажи маме! И откуда на тебе это ужасное тряпье, ты же вышел в приличном костюмчике…
Настя (а это, разумеется, была она) торопливо причитала, поглядывая по сторонам. Чутье подсказывало ей, что сидящие рядом не приходятся пацану родней ни в коей степени, а если пацан в такое время суток (дело шло к полуночи) на улице да без родни… вряд ли кто-то хватится его и позже. Да и вид у него был очень запущенный, взгляд настороженный, - явно не маленький баловень.
- Леша, пошли домой, мама тебя пожалеет, там твои игрушки, там твои конфетки…
Ильюшка упирался, инстинкт подсказывал ему, что лучше не идти к доброй тете.
Лысый тоже прекрасно понял, что никакого ребенка парочка не теряла, да и староват пацан для того, чтобы быть их ребенком, но они явно хотели сгрести его себе. Лысый, в общем-то, не возражал. Если его на органы продадут или в детское порно, все пацану хуже не будет, чем сейчас. Другое дело, что от этого ему, Лысому, должно что-то обломиться. Он бы напрямую, нагло потребовал у девицы денег, заплатит же, если хочет забрать ребенка, но в машине сидит какой-то мрачный типаж, вроде как не сильно мордастый, а ну как косая сажень в плечах? Свою морду Лысый очень любил, она и так была слишком часто бита. А эти… он презрительно оглядел свою свиту… сопляки сами еще, разбегутся, чуть что, к мамам и папам.
- Это… - подошел он к Насте, тянущей ребенка за грязный рукав в машину, - вы это чего делаете?
- Понимаете, - состроив плаксивую мордочку, принялась объяснять она, - это наш сын, Лешенька, он сегодня обиделся на то, что ему не купили игрушку, прихватил наши деньги и ушел из дому… И – видите, какие-то хулиганы содрали с него одежку, слава Богу, не убили…
Она лгала торопливо и бездарно, видно было, что мальчик толком не ел уже с полгода, такая бухенвальдовская худоба не сочеталась с роскошным автомобилем.
- И что, домой не хочет возвращаться? – сочувственно спросил Лысый.
- Да! – театрально всплеснула руками Настя. – Можете себе представить? Отказывается!
- А дайте-ка, я с ним переговорю, - великодушно предложил свою помощь Лысый. Настя подозрительно глянула на него и согласилась.
- Слышь, Ильюх, - присел на корточки Лысый. – Я ж тебя вроде никогда не обижал, мы всегда, как нормальные мужики общались, ну?
Ильюшка молча кивнул.
- Я ж тебе всегда помогал там, если пожрать или чего… Мне ж не жалко было для кореша ничего, ну?
Ильюшка снова кивнул.
- Так это… И ты теперь мне помоги, по-пацански, по-нашему, ну? Щас съезди к этой бабе, видишь, какая тачка, видно, богато живут, вот, притворись, что это родаки твои, а как спать положат, пошарь там деньжат, бус каких, браслетов и сюда беги, ну?
Ильюшка молча стоял. В его маленьком умишке шел сложный процесс. С одной стороны, какой-то внутренний голос говорил ему, что это не будет хорошо. Но голос был внутренний, а на поверхности лежала такая простая, такая четкая, Лысым преподнесенная правда. Правда, Лысый делал ему, Илье, только добро. Подкармливал, даже пару раз купил «чупа-чупс» и мячик-каучук подарил. Не гнал из подвала, а куда еще было идти зимой, когда родители напивались и начинали крушить все в квартире? Однажды, когда Ильюшку попытался оприходовать один из компании, но, к счастью, у него ничего не получилось, Лысый врезал отморозку так, что тот оказался в больнице и не смел пикнуть.
А за добро нужно платить.
Не глядя на Лысого, Ильюшка в третий раз кивнул и, пройдя к машине, молча сунул грязную ладошку в руку Насте. У той сжалось сердце, но она, вспомнив о своей противной тетушке и о квартире, которая никак не освободится, усадила мальчика в машину, и они тронулись.
Лысый смотрел вслед, не стараясь даже запомнить номера. Но он не думал, что еще когда-нибудь увидит пацана.
Дома все прошло быстро и аккуратно. Никто не видел, что парочка вернулась домой с маленьким мальчиком, они вошли в холл, не разуваясь, быстро прошли к комнате мертвой тети, втолкнули туда мальчика и закрыли дверь.
- Боже мой, что она с ним сделает… - Настю слегка трясло, она нервно отбрасывала за спину волосы, теребила ключи и перчатки, стаскивала сапоги.
- Я не думаю, что она сделает что-то ужасное, - успокаивал Артур. – Она же не затем его потребовала, чтобы мучить, а чтобы заботи…
Из-под двери вырывался ослепительно-белый луч света, озарив весь коридорчик, и Настя, вздрогнув, распахнула дверь. Окно было открыто, ветер шевелил тонкие занавески, и никого в комнате не было. Даже тела мальчика не осталось.
- Как Маленький Принц… - заплакала Настя, прижавшись к молодому человеку.
- Ну-ну, - похлопал тот ее по спине, утешать он не умел и не любил, поэтому сказал только:
- Ну-ну.
Прошел месяц. Вроде бы все успокоилось, мальчика никто не хватился, тетя больше не появлялась. Артур с Настей так и не переспали, потому что он пытался быть деликатным и, решив, что девушке нелегко после всех этих событий, ей нужно время, чтобы оправиться, а она, приблизительно понимая, в чем дело, стеснялась намекнуть, что, в общем, она не против… Боялась показаться бесчувственной. Но сегодня Настя все-таки пригласила его на романтический ужин, надеясь, что наконец-то последует продолжение. Артур питал приблизительно те же надежды, поэтому купил шампанского, пышную бордовую розу и пришел, преисполненный радостных ожиданий.
И вот они сидели, поужинав, в обнимку на диване, дело шло к поцелуям. Смотрели какой-то ужастик, но после визита тети Настю уже ничто не могло напугать. И вот, когда рука Артура наконец-то скользнула чуть ниже Настиного плеча, экран телевизора вспыхнул и на нем, вместо целлулоидных монстров, появилась… мертвая тетя с Ильюшкой на руках.
- Тетя! – вскочила Настя, опрокинув бокал. – Что опять такое?
- Дорогая, здравствуй, отлично выглядишь, только похудела слишком, - заметила тетя.
- Тетя, ну что ты? – девушка чуть не заплакала.
- Ах, милая, понимаешь, ребенок… это, конечно, чудесно, но у меня нет на него времени, - скороговоркой заговорила тетушка. – Понимаешь, тут в загробном мире… столько мужчин… Ах, ты не поверишь, каким я успехом пользуюсь! Какой популярностью! В общем, я не могу себе позволить ребенка, так что…
Ловким движением она швырнула Ильюшку через экран, и мгновенно он оказался в комнате, а тетя, исполнив, видимо, то, за чем пришла, заторопилась куда-то и, с довольным видом сказав: «Все, дорогая, целую, привет родителям!» исчезла, вернув целлулоидных монстров.
Возникла немая сцена. Артур налил себе в бокал шампанского и выпил залпом. Ильюшка стоял, заметно пополневший, розовощекий, довольный.
- Мальчик, ты… мертвый? – осторожно спросила Настя.
- Ага, - кивнул тот, довольно блестя глазенками. Казалось, он забыл все, что с ним происходило… а, может, и правда забыл, но, видимо, теперешней жизнью он был полностью доволен.
- Ага, - машинально повторила Настя. – И что нам с тобой делать?
- Тетенька, не прогоняйте меня, - испуганно попросил Ильюшка, сложив ладошки. – Я ведь вам не помешаю, я не ем, мне ничего не нужно, а тетя Аня такая добрая, она сказала, что заберет меня отсюда скоро…
«Ага, - еще раз сказала, уже себе, Настя. – Заберет, как же. Старая вертихвостка».
Сидели, унылые, допивали шампанское, Настя нашла среди тетиных запасов еще и коньяк. Ильюшка с удовольствием смотрел мультики по каналу Cartoon. Думали, что делать с призраком ребенка. Что-то ничего не придумывалось. Но, когда вторая бутылка коньяка подошла к концу, Насте в голову пришла замечательная идея.
- Вот что мы сделаем… тебя как зовут, малыш?
- Ильюшка…
- Так, Ильюшка. Ты останешься жить тут, а мы… Артурчик, пожалуйста, постарайся завтра снять квартиру на длительный срок… Любую, да…
- Но вы же понимаете, это будет несправедливо, если вы передумаете вдруг жить, а нам придется искать других жильцов, вы же понимаете. Так что, платите сразу за месяц, а если съезжаете раньше, то на возврат денег не рассчитывайте, - твердо говорила Настя.
- Э, дочка, так дэла нэ дэлаются, - морщился жирный противный кавказец.
- Не хотите – не надо, ищите другую квартиру.
И, повздыхав, кавказец подписал контракт, и заселился в квартиру со своим многочисленным семейством, а наутро уже сбегал оттуда, не помышляя о каком-то возврате денег, лишь бы подальше от квартиры, где живет ужасный призрак ребенка, стонущий, окровавленный.
За полгода Настя очень неплохо подзаработала, работая с Ильюшкой в паре, когда люди заселялись максимум на неделю, а платили за месяц, в редких случаях возмущения искренне удивляясь: «Какой призрак, вы что, ненормальный?»
С Артуром они по-прежнему встречались, но до постели дело все никак не доходило. Днем были заняты – Настя учебой, Артур работой, у него дома постоянно кто-то был, то родители, то брат с друзьями, она приводить к себе никого не могла по условиям договора об аренде, а в тетиной квартире был Ильюшка… При ребенке, как можно.
Но однажды Настя пришла в тетину квартиру, проверить, не порушили ли чего-нибудь, убегая, последние жильцы. Там ее встретил Ильюшка, которому она принесла воздушный шарик, лопнув его, так что дух шарика перешел к мальчику. Тот был очень доволен, хотя Настя и конструкторы, и машинки, и роботов-трансформеров сжигала, давясь дымом плавленой пластмассы, чтобы у ребенка были игрушки, но Ильюшка больше всего любил воздушные шарики. В этот раз он был как-то смущен и, казалось, хотел что-то сказать.
У девушки было только одно предположение - тетя Аня, наконец, объявилась, и забирает его назад в загробный мир. Но это было маловероятно. А что тогда?
- Тетя Настя, - нерешительно заговорил, наконец, он. – Я… я, в общем, должен уйти.
- Но куда, Ильюшка?
- Понимаете… у меня были раньше друзья… вы меня от них тогда забрали…
Настя вспомнила противного плешивого мужика, который пялился на нее, когда она забирала ребенка, - а, точнее, занималась киндэппингом, - и пожала плечами.
- Странные друзья.
- Да, тетя Настя, но они ко мне были когда-то добры… а за добро нужно платить, - взволнованно зашептал Ильюшка. – Можно, теперь я помогу им так, как помогал вам?
Настя, неожиданно почувствовав себя совсем взрослой женщиной, устало села в кресло.
- Конечно, Ильюшка. Если считаешь, что нужно, иди. Но обязательно возвращайся к нам. Ведь… тетя Аня будет ждать, - и скрестила за спиной пальцы.
Ильюшка завопил: «Пасиба!» и, чмокнув Настю в макушку, исчез.
Настя сразу же позвонила Артуру. К черту приличия!
- Артур, привет, зайка! Слушай, я тут одна… у тети, да… потом объясню… Не хочешь заехать на… кхм, чаек?
Они стояли в коридорчике, задумчиво глядя на кровать. Они уже готовы были приступить к делу любви, но перед этим почему-то потянуло посмотреть на место, с которого все началось.
- Да, вот так все и было… - задумчиво сказала Настя. Артур развернул ее, прижал к двери кладовки и начал страстно целовать. Она с удовольствием отвечала, запуская руки в его длинные волосы.
И тут в кладовке что-то зашуршало. Настя, чертыхнувшись, решив, что вернулись либо тетя, либо Ильюшка, запахнула халат, под который уже проникли блудливые Артуровы руки, и открыла дверь. На пол коридорчика вывалился хорошо замумифицированный труп Сашки, молодого человека, который заснул там в начале нашей истории.
- Аа, ЧЕРТ! – вне себя выкрикнула Настя. – Ну а с этим мы что будем делать?
- Позвоним в милицию, - очень спокойно ответил Артур. – Но перед этим…
И он повалил ее прямо в коридорчике.
|