• Главная
  • Кабинетик заведующей
  • Туса поэтов
  • Титаны гондурасской словесности
  • Рассказы всякие
  •  
  • Сказки народов мира
  • Коканцкей вестникЪ
  • Гондурас пикчерз
  • Гондурас news
  • Про всё
  •  
  • ПроПитание
  • Культприходы
  • Просто музыка
  • Пиздец какое наивное искусство
  • Гостевая
  • Всякое

    авторы
    контакты
    Свежие комменты
    Вывести за   
    Вход-выход


    Зарегистрироваться
    Забыл пароль
    Поиск по сайту


    Клан
    15.12.2010
    Самосвал
    Рассказы всякие :: Чёрный Аббат

    Начало здесь:

    http://www.gonduras.net/index.php?a=6606  

    http://www.gonduras.net/index.php?a=6611  

    http://www.gonduras.net/index.php?a=6615  

    http://www.gonduras.net/index.php?a=6619  

    http://www.gonduras.net/index.php?a=6625  

    http://www.gonduras.net/index.php?a=6630  

    http://www.gonduras.net/index.php?a=6635  

    http://www.gonduras.net/index.php?a=6639  

    http://www.gonduras.net/index.php?a=6642  

    http://www.gonduras.net/index.php?a=6647  

    http://www.gonduras.net/index.php?a=6649  

    http://www.gonduras.net/index.php?a=6654  

    http://www.gonduras.net/index.php?a=6660  


    http://www.gonduras.net/index.php?a=6662  

    http://www.gonduras.net/index.php?a=6668  

    http://www.gonduras.net/index.php?a=6675  

    http://www.gonduras.net/index.php?a=6682  

    http://www.gonduras.net/index.php?a=6691  

    http://www.gonduras.net/index.php?a=6694

    После слова «замочим» фигуры от первой до четвертой начинают шевелиться и скулить, но брат смотрит мне в лицо, и беспокоится. Все, все, даю я понять, и отхожу чуть в сторону. После чего бросаюсь к одному из тел, и начинаю, рыча, бить ногами в живот, пока ногу не сводит судорогой, и тогда я, схватив какую-то острую железяку, бью себя изо всех сил в сердце. Они хотели отобрать у меня тебя. Я убил нас. Я убил нас. Я не хочу жить. Я хочу умереть.

    Мне больно, мне больно, мне больно, больно, мне больно...

    Меня бьют по затылку и я выключаюсь.

    ххх

    Удивительное дело. Когда умираешь, тебе видятся самые обычные вещи. Нет никакого рая из облаков и сахарной ваты, и ангелочков нет, и прозрачных фигур нет, ни фейерверков, ни архангела Гавриила, ни матрицы, ничего нет - в общем, кинематограф облажался. А вот дешевые романы нет. Потому что когда я умер, все случилось так, как описывают в тех самых дешевых романах. Я просто встал, и увидел себя, лежащим на диване. Себя мертвого и мертвого ребенка. Между прочим, Матвей тоже встал.

    Мы поглядели на себя лежащих, и прошлись по комнатам. Все было, как когда мы уснули. Мы с Матвеем молчим, и мне интересно: это все, или все – таки есть кто-то, кто все это устроил, создал и прочее. По идее, сейчас в коридоре должен сидеть Сатана. Что меня утешает, ребенок вентиль не открывал, стало быть...

    И тут до меня доходит.

    Стало быть, нас разлучат.

    Я совершил самоубийство, и убийство. Мне при любом раскладе – в ад. Ребенку – в рай. Стало быть, Матвей, мы все равно проиграли. Нас все равно разлучают. Я гляжу на Матвея, и вижу, что он понимает. Лицо у ребенка необычайно грустное. Я беру его на руки, легко, необычайно легко, он не весит ни грамма, и мы, последний раз взглянув на лежащие тела, выходим из дома, обнаженные, мертвые, и, пожалуй, несчастные. Увы, в коридоре нет никого. Ни посланников, ни ангелов, ни демонов. Неужели пронесет, думаю я, но заставляю себя не надеяться. Я все равно проиграю, потому что я неудачник. Хоть и храбрюсь. Ты была права, Оксана. Кстати, где ты? Могла бы и идти уже навстречу нам. Ну, облегченно вздыхаю я, хоть с этим легче. Наверняка ребенок останется с матерью. Значит, мальчик, хоть мы и не увидимся, но все же ты не пропадешь без меня.

    Матвей тянет ко мне руки: это значит, что он хочет наверх.

    Я поднимаю его, и он обхватывает мою шею. Мы спускаемся на первый этаж, и я уже отчаиваюсь увидеть Бога. Как вдруг вижу, что он все-таки был. Оставил нам записку. Мы с Матвеем, держась за руки, подходим к двери и читаем. Дорогие Вова и Матвейка...

    «Служба «Молдова-газ» сообщает, что сегодня, в период с 11.00 до 15.00 в Вашем доме будет отсутствовать газ по причине технических работ, которые проводятся в соответствии с генеральным планом развития газовых сетей города...»

    Дверь подъезда распахивается, и перед нами предстает, стоя перед порогом, весь в обрамлении света, леопард-на-бицепсе с каким-то чмырем из суда.

     Я же вам говорил, что он на голову трахнутый! - орет претендент на отцовство. - Вы только поглядите! Выводит ребенка из дому, а оба голые!!!

    Я чудом успеваю захлопнуть дверь перед ними, и, вскинув Матвея на плечо, несусь в квартиру. Запираю засов, и раздается звонок.

     Бля, я только на неделю собрался к морю! У меня никаких дел там! - возмущается, не представившись, не поздоровавшись и не спросив, как дела, мой двоюродный братец. - А эти чмыри не дают мне визу! Я говорю у меня брат журналист с именем...
     Слушай, - плача, говорю я. - Ты можешь приехать? Прямо сейчас. Пожалуйста.
     Что такое? - недовольно говорит он.
     Бля, умоляю, - рыдаю я.
     Я вообще-то занят, - бурчит он.
     Тут дело на десять штук, - говорю я.
     Сейчас приеду, - тянет он.
     Спасибо, - говорю я.

    На кухне раздается шипение. Дали газ. Я бегу к духовке и перекрываю вентиль.

    ххх

    К вечеру мы полюбовно ладим. Леопард-на-бицепсе подписывает отказ от претензий, ему на месте гипсуют и бинтуют ноги, и вручают билеты, купленные на его же деньги, братов знакомый из прокуратуры привозит решение суда о подтверждении прав отцовства, мегеры уже даже не плачут, а просто испуганно жмутся, когда кто-то приближается к ним ближе чем на метр. Все мы в крови, все еле живы, все перепуганы и все очень устали.

     Если, - объясняет брат, - подобная проблемы возникнет перед ним еще раз. Вы все - покойники. И знаете, почему?
     Нет, - хором и дружно, потому что их дрессировали весь день, отвечают пострадавшие.
     Вовсе не потому, что он крутой, - говорит брат.
     Ни хера он не крутой, - морщится брат.
     Слабонервный человек, - машет рукой брат.
     Слабак, - кривится брат.
     Человек бля искусства, - сплевывает брат.
     Но вы будете покойники, - объясняет брат.
     Потому что он нам за это уже заплатил.
     Немного, - кивает брат. - Да, немного.
     Но ведь и он мне не вода на киселе бля, - уточняет брат.
     А, пусть и двоюродный, но - брат! - заканчивает брат.
     Понятно? - спрашивает брат.
     Понятно, - хором отвечают все, и даже я почему-то.

    Уже смеркается. Я, совершенно ослабший, иду к машине, и принимаю на руки Матвея. Решение суда в нагрудном кармане. Можешь порвать его на хер, советует кто-то из солидных мужчин. Тебя по любэ никто не тронет теперь. Понял? Понял. Подходит брат. Треплет Матвея по голове. Мальчика пора стричь, думаю я. Волосы уже на уши спускаются. Брат кашляет.

     Ну, - смотрит он куда-то, - чего у нас там?
     В смысле? - тупо спрашиваю я.
     Деньги, - говорит он.
     А! - восклицаю я, и торопливо вынимаю конверт.
     Ага, - берет он его так, будто и не взял. - Тут десять?
     Пять.
     В смысле?
     Это все, что есть.
     Ты серьезно?
     Богом клянусь, - говорю я.
     Ты говорил десять, - говорит он.
     Я оговорился, - говорю я.
     Да? - наклоняет голову он.
     Клянусь, - устало вру я. - У меня ни копейки нет. Не знаю, на что ужин покупать. Просто оговорился. В шоке был. Меня трясло. Ты видел.
     Ясно, - говорит он. - Славный малый.
     Ага, - говорю я. - Слушай.
     Ну? - спрашивает он.
     Есть тут еще один мудак, - говорю я, вспомнив доктора, - в поликлинике бля.
     За пятьсот баксов я ему жопу на глаз натяну, - улыбается брат. - Ты же мой брат!
     Ладно, если что, я обращусь, - быстро передумываю я.
     Слушай, еще вопрос, - говорю я.
     Ну? - спрашивает он.
     Дай пару сотен, - говорю я. - Мне ребенка кормить не на что.
     Я бы рад, - говорит он.
     Да сам на мели, - говорит брат.
     Могу одолжить, - говорит он.
     У тебя одалживать себе дороже, - смеюсь я. - Потом всю жизнь проценты отдавать.
     Ага, - смеется он.
     Я бы и эти не взял, - говорит он.
     Но перед людьми неудобно, - оправдывается он.
     Совсем что ли, даром... - извиняется он.
     Ты готов был убить их? - спрашивает брат.
     Да, - говорю я.
     Ради чего ты был готов это сделать? - спрашивает он.
     В смысле? - переспрашиваю я.
     Литератор херов, ради кого ты собирался убить их всех? - раздраженно спрашивает брат.
     Ладно, - говорю я.
     Ради ребенка, - говорю я.
     Вот теперь ты понимаешь, что такое семья? - спрашивает он.
     Да, - говорю я.
     Ну так позвони матери, - говорит он.
     Ладно, - говорю я.
     Не ладно, а позвони, - говорит он.
     Да понял я! - раздраженно говорю я, и позже и правда звоню.

    Матвей соскальзывает у меня с рук, подходит к ноге брата, и восторженно, потому что никогда не видел таких больших мужчин, говорит:

     У-у-у-уа!!!

    Брат улыбается, треплет его по голове, и разрывает конверт. Вынимает купюру в сто долларов, - и это все, на что ты расщедрился из пяти-то тысяч, думаю я, - и сует Матвею.

     Спасибо, - говорю я.
     На мороженое, - застенчиво говорит брат.
     Се! - ласково говорит Матвей, потрогав банкноту.
     Что? - спрашивает брат.
     Деньги, - устало перевожу я.
     Ага, - улыбается брат, и засовывает деньги ребенку в карман.
     Се! - говорит брат. - Се, бродяга!

    Матвей смотрит на него с восхищением.

    Продолжение следует.


    Комментарии 6

    15.12.2010 12:00:44 №1
    матвей-метро

    15.12.2010 12:29:34  №2
    ну жуть же!

    15.12.2010 13:15:05  №3
    Служба Молдова-газ, блять! Всем лежать!

     

    Чтобы каментить, надо зарегиться.



    На главную
            © 2006 онвардс Мать Тереза олл райтс резервед.